«Конформист» в Камерном Театре Малыщицкого

Захватывающее действо, после которого сложно заснуть, да и во сне вы будете видеть «геену огненную».
После таких спектаклей я ни за что не поверю, что в нашем театре есть цензура. Тут декаданс, мужчины переодеваются в женщин, а женщины танцуют с женщинами. Итак, «Конформист» в Камерном театре Владимира Малыщицкого – самая интимная и психически сложная премьера осени. Спектакль до краев полон душевными метаниями, которые, однако, никак не влияют на ход жутких событий. Но обо всем по порядку.
Сдав пальто, вы проходите в зал. Осторожно, идти нужно по ковровой дорожке, что лежит по периметру, потому что по центру – алая «геенна огненная» с очерченными контурами пары тел на полу, их покой тревожить нельзя. Садитесь лучше там, где не место зрителю: по другую сторону от основных рядов, в глубине сцены, чтобы за вашей спиной оказалось зеркало, а впереди – только «геенна». Вы чувствуете себя кокоткой в баре, зрителем модного показа, наконец, участником спектакля. Артисты подсаживаются прямо к вам, не прерывая лживой исповеди, признания в любви пополам с ненавистью и прочих важных разговоров. Вас это тревожит, вам может стать дискомфортно. Теперь вы понимаете, чего хочет доктор Марчелло? Комфорта. Вы же не хотите задумываться, так ли несправедлив был фашизм и не были ли антифашисты подлецами? Автор и знать не хочет, что мы расставили точки над I и знаем, кто хороший, а кто – плохой. Марчелло округляет решение своих личных проблем до глобальной победы фашизма, и, стоит вам выключить черно – белое восприятие проблемы, как вы почувствуете себя девушкой, которую после долгого одиночества на дискотеке наконец пригласили танцевать.
Итак, доктора Марчелло Клеричи «покупают» ставленники фашизма. Он – небогатый молодой человек из интеллигентной, но пропащей семьи. Его отец лежит в психбольнице, а мать гуляет с молодым любовником, что раздражает Марчелло. Хотя смириться с роем проституток вокруг фашистских функционеров он готов, как и с тем, что он не любит свою жену. Молодую красивую жену из богатой семьи, у которой нет вкуса и воспитания.
Молодая семья, наскоро склеенная из желания Марчелло стать «как все», а его жены – уйти от «друга семьи», который насиловал ее с 15 лет, едет в Париж. Там Марчелло должен «убрать» профессора, который учил его в университете, а теперь занимается антифашистской деятельностью. Ему это поручили итальянские фашисты, они же спонсировали свадебное путешествие». Забавно, как на этом фоне смотрится исповедь, без которой итальянец не может жениться. По сути, за пару грязных подробностей из своего прошлого Клеричи «покупает» у священника право стать законным мужем нелюбимой жены. Убийство – заказ политический, исповедь – заказ социальный. И там и там Марчелло в выигрыше, чем он очень гордится.
Тема «покупки» интеллигента, изо всех сил старающегося влиться в новый режим, средний IQ функционеров которого куда ниже, чем у него, неоднократно обыграна в нашей литературе, драматургии, кино. За «приспособленчество» Марчелло режиссер Петр Шерешеский увидел страдания, душевную вывернутость, болезненную подмену любви жаждой насилия и наоборот.
Итак, молодые едут в Париж, находят профессора, приходят в его дом, знакомятся с его женой. Марчелло влюбляется в жену преподавателя настолько, что готов перевернуть свой мир обратно с головы на ноги, верить в чудеса, забыть и фашизм и антифашизм. Но и профессор, и его супруга знают, зачем приехал Клеричи. Поэтому она не просто ненавидит Марчелло, но и обманывает его, а позже я явным наслаждением показывает, что мужчины ей неинтересны. Сцена в баре «Зеленый галстук», который как раз для «таких» женщин – одна из самых ярких в спектакле. Медленные танцы, антикварные бокалы и растерянный Клеричи, который болезненно приземляется после своих мечтаний и возвращается к плану убийства. Он должен лишь указать на профессора киллеру пожатием руки. Он вспоминает Иуду, он не хочет, что бы любимая женщина тоже умерла.
Впрочем, это все недостойные нежности. Конечно, их обоих убьют, и теперь фашизм должен, обязан победить, потому что иначе Марчелло зря вывернул себя наизнанку, зря встал в этот ряд. Нельзя же быть «как все» и при этом неправым.
Почему обязательно стоит идти на спектакль, в котором каждый актер играет по две, а то и три роли, а еще то и дело поднимают неприятные и даже опасные темы? Потому что это смело и тонко поставлено. Вызывающие, гротескные интонации тем более актуальны, что им нельзя сказать «не верю». Здесь все талантливо – игра актеров, решение сценического пространства и маленькие трюки со светом, декорациями и переодеваниями.